28/10/2023
У каждого из нас есть друзья, с которыми мы больше не общаемся
«Мой сладкий серпентарий» зову я их. Они такие разные: горделивые матери, дерзкие чайлдфри, путешественницы и домоседки, писательницы, читательницы, актрисы, певицы и художницы, не умеющие сварить яйцо, и затейливые кулинарки, аскетичные спортсменки и сибаритки. У них так мало общего, кроме одного: все они — цветы моего сердца. Они мои подруги.
Маша мне понравилась с первого взгляда. Я ей тоже. Бывает такое идеальное совпадение вкусов, любимых фильмов, музыки и книг. Она открывала для меня другой мир, новых писателей, новые мечты. Мир, где можно думать о карьере и о свершениях. Она постоянно бросала мне вызов. Сначала лучшие студентки, потом аспирантки. Карьера. Кавалеры. Это очень круто, когда рядом с тобой есть та, с которой можно соревноваться, та, которая показывает, что нет ничего невозможного и полно игр, в которые мы еще не играли. Каждая встреча как интервью в ток-шоу. Каждая из нас бросала вызов, и мы бежали наперегонки за горизонт свершений.
За 20 лет многое изменилось. Другие города, другие цели, другие мужчины, другие друзья. Много утекло слез, денег и времени. Мы не общаемся уже очень много лет. Но иногда я смотрю ее профили в социальных сетях и знаю, что она делает то же самое. Покупая новое платье, я думаю, как я буду выглядеть в нем на нашей встрече. Прекрасное чувство. Очень острое, очень светлое, очень сладкое чувство соперничества. И я иногда сожалею, что у меня больше нет таких подруг. И я счастлива, что у меня больше нет таких подруг.
Оля была моей наставницей, моим плечом, моим доверенным лицом. Я приходила к ней в гости, играла с ее дочкой, мы укладывали девочку спать и разговаривали до утра. Она жила в 1-комнатной квартире, мы сидели на кухне, пили кофе из крошечных чашечек с малюсенькими бутербродами на почти прозрачном хлебе. Ее бабушка была известной певицей, мама — пианисткой. А дедушки и отца не было. Точнее, они, естественно, были, но они были подлецы, которые ничего из себя не представляют. Она мечтала уехать в Москву, работать на телевидении, стать самой главной и взять меня к себе замом. Меня она считала талантливой, творческой личностью, и если меня направить в нужное русло, то я обязательно добьюсь успеха.
Шли годы, и если в мире и было что-то постоянное, то это Олина кухня, кофе и бутерброды. Я уже хорошо зарабатывала, делала собственные проекты, но меня все еще нужно было направлять. И я перестала к ней ходить. Незачем. Я не хотела в Москву. Я не хотела быть ее замом. Она же не хотела, чтобы я была сама по себе. Сама по себе что-то значила. Не секретарь и помощник, а просто близкий человек. Хотела ли она быть равной? Хотя будем справедливы: это я сидела на ее кухне. Я не готова прожить жизнь на вторых ролях. Кто из нас вообще к этому готов? Иногда я очень по ней скучаю. Но у меня хватает ума ей не звонить.
Кати говорит, что о нашей дружбе нужно писать книги и снимать кино. Две красавицы, две авантюристки, две главных героини. Иногда мы встречаемся дважды в день, иногда не видимся несколько месяцев. Я могу взахлеб рассказывать о своих делах, проектах и мечтах. Я могу часами ее слушать. Я могу рассказывать о своей боли, о своих поражениях, о своих страхах. Это упоительное чувство комфорта, и дружеского плеча, и понимания, и возможности в любой момент получить поддержку и реальную помощь. У нас одинаково черный юмор — в цветной горошек.
Лучшее, что может случиться в жизни женщины, — это другие женщины. Сотрудничество и конкуренция. Вдохновение и поддержка. Молчать, слушать и говорить. Мчаться в ночи на машине и орать песни Меладзе. Вместе худеть и вместе есть пирожные. Плакать и смеяться. Возможно, кто-то из них навсегда останется хорошей приятельницей, большинство мелькнут в ночном небе яркой, придающей смысл и импульс, но тем не менее исчезающей кометой. Но есть те, с кем я хочу идти по жизни, неважно, как далеко, неважно, как долго, важно, что вместе.
Это все, что я хотела сказать вам сегодня. Обнимаю.
Елена Пастернак
