DAU

06/10/2020

Руководство кинокомпании Phenomen Films, во избежание кривотолков и в ответ на запросы от журналистов, сообщает:

Максим Марцинкевич принимал участие в съемках проекта ДАУ осенью 2011 года.

Фильм “ДАУ. Дегенерация”, в который вошел материал с его участием, стал частью официальной программы Берлинского фестиваля 2020 года. Он возглавил сводный рейтинг международного сообщества кинокритиков Берлинале, получил высокие оценки в британской и американской прессе, а также был признан лучшим фильмом первой половины 2020 года по версии журнала Film plus Kritik, который объединяет ведущих кинокритиков Германии и Австрии.

Фильмы “ДАУ. Дегенерация” и “ДАУ. Новый человек”, также с участием Марцинкевича, по праву считаются важнейшими антифашистскими фильмами нашего времени. Профессиональная критика и зрительские отзывы неизменно отмечают, что эти фильмы ярко показывают опасность ультраправой идеологии, национализма и ужасы нацизма, осуждают насилие и заставляют зрителя задуматься о тех страшных механизмах, которые приводят общество к нацизму и фашизму.

Как уже неоднократно подчеркивалось и всегда отмечалось во всех коммуникациях, кинокомпания Phenomen Films и проект ДАУ категорически не разделяет националистических взглядов Марцинкевича.

При этом - к концу жизни, как свидетельствуют опубликованные письма Марцинкевича и отзывы людей, которые общались с ним лично, он отказался от этих взглядов, осуждал их и стал исповедовать либертарианство.

3 октября 2020 года в Москве прошли похороны Максима Марцинкевича. Менеджмент кинокомпании Phenomen Films, руководствуясь христианскими принципами отношения к жизни и смерти любого человека, направил на церемонию венок.

Руководство компании предложило режиссеру-постановщику проекта Илье Хржановскому направить второй венок от его лица. Хржановский ответил на это предложение отказом.

Это уже не первая смерть среди участников проекта, производство которого заняло 13 лет. Соболезнования от лица компании выражались в связи с уходом из жизни всех тех, кто внес вклад в создание проекта ДАУ, независимо от их взглядов и убеждений. Менеджмент принял решение действовать в соответствии с этой сложившейся практикой.

07/08/2020

Сегодня в Иерусалиме умер рав Адин Эвен-Исраэль Штейнзальц, духовный лидер и выдающийся просветитель. Он сделал огромную работу по толкованию Талмуда и перевел его на многие современные языки, его вклад в иудейскую культуру и его влияние на жизнь огромного количества людей сложно переоценить.
Для нас стало большим волнующим событием знакомство с ним и его участие в DAU.
Мудрость, свет, внутренняя свобода рава Штейнзальца всегда останется с нами и будет поддерживать нас и, мы уверены, зрителей проекта.
В нем была удивительная сила, которая позволяла ему принимать и понимать самые разные проявления человека, грани и уровни жизни.
Мы присоединяемся к скорби многих людей во всем мире.
Благословенна память.
-----------------------------

Rav Adin Even Yisrael Steinsaltz, a spiritual leader and outstanding teacher, has today passed away in Jerusalem.
He has done a tremendous job of interpreting the Talmud and has translated it into many modern languages. His contribution to Jewish culture and his influence on lives of so many people can hardly be overestimated.
Us getting to know him and his participation in DAU project became our great exciting experience.
The wisdom, light, inner freedom of Rabbi Steinsaltz will always stay with us, will support us and, as we strongly believe, the audience of the project.
There was an an amazing inner strength about Rabbi that allowed him to accept and understand most diverse manifestations of a person, facets and levels of life.
We join the sorrow of many people around the world.
Blessed is the memory.

03/07/2020

ДАУ. МАРИНА АБРАМОВИЧ

«Марина – один из самых вовлеченных, внимательных и сотрудничающих участников проекта, именно поэтому она внесла в работу Института огромный вклад, – рассказывает Зоя Попова, ученый секретарь, в обязанности которой входило в том числе сопровождение гостей. – Абрамович очень много всего предлагала и очень мало спала. Когда она прилетела, был уже совсем поздний вечер, и после того как у них состоялся разговор с Ильей, мы предложили ей поехать в гостиницу отдохнуть. Но она ответила, что времени слишком мало, чтобы отдыхать, и нужно поскорее попасть в Институт и познакомиться с его обитателями».

Как художник Абрамович занимается природой человеческого поведения и телесными реакциями людей, поэтому в институтской версии биографии она была профессором-нейрофизиологом. Невероятным совпадением было еще и то, что ее появление на проекте (в Институте шел июнь 1956 года) пришлось аккурат на момент восстановления дипломатических отношений между СССР и Югославией.

Как и с другими гостями, Зоя связалась с Мариной заблаговременно, рассказала про то, какой исторический период сейчас в Институте, кто будет присутствовать из участников и какие там проходят эксперименты. Катушка Теслы уже была установлена, и в период планируемого участия звезды современного искусства ожидалось прибытие алтайских шаманов. «Она сказала, что Тесла, шаманы и эти энергии – ровно то, с чем ей очень интересно будет взаимодействовать».

Из перечисленного – и под наблюдением физиков-теоретиков – получился большой эксперимент по исследованию влияния различных энергий на советских солдат, проводимый в рамках подготовки космической программы. Абрамович выступила одновременно и координатором исследования, и его участником – проводником упомянутых энергий. «Работала много, интенсивно, была открыта и заинтересована в общении со всеми участниками».

Особое внимание Марина Абрамович уделяла соблюдению правил Института. «Как-то раз мы сидели в буфете, и она начала что-то рассказывать про Сербию, – вспоминает Зоя Попова. – Тут я сделала удивленное лицо – 1956 год – и сказала, что, мол, не знаю, что это за страна. И Абрамович моментально, как послушный участник игры, почти как ребенок, подстроилась и добавила: «Да, конечно, господи, я сама не понимаю, откуда это название. Я имею в виду Югославию!» То есть у нее сработало моментальное включение, и было очень здорово видеть, как ей интересно быть внутри этой системы координат, пробовать и сотрудничать».

За короткие три дня перфомансистка успела невероятно много: участвовала в эксперименте с шаманскими ритуалами и катушкой Тесла, в сеансе гипноза с Виктором Петриком, говорила о теории струн с Дмитрием Калединым и Никитой Некрасовым. Собственное впечатление об опыте пребывания в Институте она в итоге сформулировала так: «Проект ДАУ является монументальным, с блестящей концепцией возвращения – пусть даже на мгновение – в прошлое, чтобы лучше понять настоящее».

_______________

DAU. MARINA ABRAMOVIĆ

"Marina is one of the most involved, attentive and cooperative participants of the project. She made a huge contribution to the work of the Institute," says Zoya Popova, Academic Registrar, whose duties included accompanying guests. – Abramović offered a lot and slept very little. When she arrived, it was already late in the evening, and after they had a conversation with Ilya, we suggested that she go to the hotel to rest. But she replied that the time is too short to rest, and we need to get to the Institute as soon as possible and get acquainted with its inhabitants."

As an artist, Abramović deals with the nature of human behavior and bodily reactions of people, so in the Institute's version of the biography, she was a Professor of neurophysiology. It was also an incredible coincidence that her appearance on the project (it was June 1956 at the Institute) happened exactly at the time of the restoration of diplomatic relations between the USSR and Yugoslavia.

As with other guests, Zoya contacted Marina in advance, told her about the current historical period at the Institute, who of the participants will be present on set and what experiments were to take place. The Tesla coil was already installed, and during the planned visit of the modern art star, the arrival of Altaic shamans was expected. "She said that Tesla, shamans, and these energies are exactly what she would be very interested in interacting with."

From the aforesaid and under the supervision of theoretical physicists there came out a large experiment of the study of the influence of various energies on Soviet soldiers, conducted in preparation for the space program. Abramović acted as both the coordinator of the study and its core participant – conductor of the mentioned energies. "She worked intensely and hard, was open and interested in communicating with all participants."

Marina Abramović paid special attention to compliance with the Institute's rules. "One day we were sitting in the buffet, and she started telling me something about Serbia," recalls Zoya Popova. – I made a surprised face – it was 1956 – and said that, I do not know what kind of a country it is. And Abramović corrected herself at once, like an obedient participant in the game, almost like a child, and added: "Yes, of course, my God, I do not understand where this name comes from. I mean Yugoslavia!» It worked instantly with her, and it was great to see how interesting it was for her to be inside this system of coordinates, and to cooperate."

In a short three days, the performer managed to accomplish an incredible amount of work: she participated in an experiment with shamanic rituals and a Tesla coil, in a hypnosis session with Viktor Petrik, and discussed string theory with Dmitry Kaledin and Nikita Nekrasov. Her own impression of her experience at the Institute was summed up as follows: "The DAU project is monumental, with a brilliant concept of revisiting the past – if only for a moment – to better understand our present".

Photo by Joerg Gruber

30/06/2020

ЭКСПЕРИМЕНТ РОМЕО КАСТЕЛЛУЧЧИ

В 1966 году в Институт приехал Ромео Кастеллуччи, чей антропологический эксперимент можно увидеть в фильме «ДАУ. Дегенерация».

Суть сводилась к следующему: человек должен был копировать экспрессивные движения примата, при этом находились они отдельно друг от друга, шимпанзе – в своем стеклянном кубе, человек – в своем, совершенно идентичном. За ходом проведения эксперимента наблюдала группа ученых.

В основе опыта лежала концепция мимезиса, или «воспроизведения», восходящая еще ко временам античности. В самом широком смысле слова мимезис – принцип подражания искусства реальности.

«Эксперимент был направлен на то, чтобы изменить отношения между человеком и животным, – объясняет Кастеллуччи. – В данном случае бразды правления находились в лапах зверя: человек следовал его примеру и таким образом выходил за рамки собственного выразительного языка». Задачей человека было уподобиться зеркалу, стать точной копией обезьяны. Испытуемый как бы заново создавал в себе животное, которое существовало задолго до него, было его предком. «Так что это еще и путешествие во времени», – объясняет Кастеллуччи.

Человеческую способность воспринимать себя извне, как объект и даже как копию, он считает одним из ключевых базисов сознания.

_______________

ROMEO CASTELLUCCI EXPERIMENT

In 1966, the Institute was visited by Romeo Castellucci, whose anthropological experiment can be seen in ‘DAU. Degeneration’ film.

The essence of the experiment was as follows: the human had to copy the expressive movements of the primate, while they were separated from each other: the chimpanzee was in its glass cube, the human – in hers, both cubes completely identical. A group of scientists observed the progress of the experiment.

The experience was based on the concept of mimesis, or ‘re-creation’, which dates back to the time of antiquity. In the broadest sense of the word, mimesis is the principle of imitation of reality by means of art.

“The experiment was aimed at reversing the relations between man and animal, – explains Castellucci. – In this case, the reins of rule were in the paws of the beast: the human followed its moves and thus went beyond man’s own expressive language”. Here, a mirror image is produced between the human and animal participants. The subject was re-creating the animal in oneself, the animal that came before us, was our ancestor. “So it's also a journey in time”, – explains Castellucci.

The ability to perceive oneself from the outside, as an object or image, he considers to be fundamental to human consciousness.

27/06/2020

Продолжаем рассказывать о сорежиссере ДАУ Екатерине Эртель.

«В один из дней Илья сказал, что старческий грим должен держаться до двенадцати часов без поправок, – вспоминает главный художник по гриму, она же соавтор семи фильмов Екатерина Эртель. – Я ответила, что это невозможно, а сама уже обдумывала, как могу это сделать. На съемочной площадке ДАУ любое такое «невозможно» означало, что ты просто еще не придумал, как все осуществить. Но обязательно придумаешь».

Когда съемки в Харькове закончились, Катя вернулась к прежней жизни. «После ДАУ мне все казалось скучным. Даже работа с выдающими режиссерами. Уже не таким масштабным, без вызова. Когда спустя год Илья позвонил мне с предложением прилететь в Лондон и принять участие в монтаже, я без раздумий согласилась. Слово «ДАУ» до сих пор производит на меня магический эффект».

Учитывая специфику проекта, монтаж каждого фильма в определенном смысле и был его режиссурой, ведь снималось все без четко прописанного сценария. «Монтаж стал откровением, – рассказывает Эртель. – Я отлично помнила все эти сцены, поскольку постоянно находилась в Институте. Когда я посмотрела на них под другим углом, акценты сместились. В Лондоне мне по-настоящему открылась вся глубина и сила отснятого в Харькове материала. Я увидела знакомых людей и знакомые ситуации, очищенные от оценочных суждений и моего личного восприятия этих людей и ситуаций. Моим первым фильмом стал «ДАУ. Три дня». Для меня встреча Дау с Марией еще на площадке была одной из самых мощных сцен. «Три дня» наполнены ощущением неуловимого времени и сладкой грустью упущенных возможностей. Это фильм про пронзительное, всем нам знакомое чувство неудержимости любви. Фильм про ощущение времени».

___________________

We continue to talk about the co-Director of DAU Jekaterina Oertel.

“One day Ilya said that the makeup for aging should last up to twelve hours without corrections," –recalls the chief makeup artist, who is also a co-author of seven DAU films, Jekaterina Oertel. “I replied that it was impossible, while at the same time I've been already pondering on how I can do this. On the set of DAU, any such "impossibility" only meant that you just haven't figured out how to do it yet. But you'll figure it out.”

Once the shooting in Kharkiv have ended, Jekaterina returned to her regular life. “After DAU, everything seemed boring to me. Even if it was collaborations with outstanding Directors. No longer so large-scale, and without a challenge. So when a year later Ilya called me with an offer to cone to London and take part in the editing of the films, I agreed without hesitation. The word "DAU" still has a magical effect on me”.

Given the specifics of the project, the editing of each film in a certain sense was in fact its directing, because everything was shot without a clearly written script. “The editing turned out to be a true revelation”, – says Oertel. – I clearly remembered all the scenes, because I was always in the Institute. When I looked at them from a completely different angle, the emphasis shifted. It was in London, that I really discovered the depth and power of what we had shot in Kharkiv. I saw the familiar people and familiar situations, cleared of my personal judgments and the perception of these people and situations as I perceived them “from within”. My first film was “DAU. Three days”. For me, Dau's meeting with Maria as I saw it on set was one of the most powerful scenes. “DAU. Three days” is filled with a sense of elusive time and sweet sadness of missed opportunities. This is a film about the so familiar piercing feeling of the irrepressibility of love. A film about the sense of time”.

25/06/2020

ЛЮДИ, КОТОРЫЕ СОЗДАЛИ ДАУ

Мы начинаем серию публикаций, в которых будем рассказывать о сорежиссерах проекта.

Режиссерская работа, своего рода «проявление» сюжетов фильмов из 700 часов отснятого материала, во многом проходила на этапе монтажа в соавторстве Ильи Хржановского с несколькими коллегами. Одним из соавторов стала Екатерина Эртель, на счету которой семь фильмов – «ДАУ. Наташа», «ДАУ. Нора мама», «ДАУ. Катя Таня», «ДАУ. Никита Таня», «ДАУ. Три дня», «ДАУ. Нора сын» и «ДАУ. Саша Валера», – а также сериалы «ДАУ. Нора» и «ДАУ. Меню».

На проект ДАУ Эртель изначально пришла в качестве художника по гриму. Свой первый телефонный разговор с Ильей, которому ее порекомендовал оператор Юрген Юргес, она вспоминает так: «Илья сказал, что мне придется посоревноваться с другим гримером – из Франции. Помню, я оскорбилась и подумала: «С какой стати мне доказывать кому-то, что я умею гримировать?! Посмотрите любую из моих работ и убедитесь!»

Однако любопытство победило гордыню, и она согласилась. «Испытательным» заданием было сделать грим для Радмилы Щеголевой – исполнительницы роли Норы. «Рада прилетела в Берлин, где мы с ней и познакомились. Забегая вперед, скажу, что уже во время съемок ее грим и грим Теодора я всегда делала сама».

Работа Кати оказалась выдающейся, и французская конкурентка быстро пропала с горизонта. В 2008 году Эртель стала художником-гримером ДАУ и возглавила гримерный отдел на весь съемочный период. Параллельно Катя снималась – играла роль жены директора Института Крупицы.

А когда съемки закончились, началось самое интересное.
..продолжение читайте в следующем посте

___________

PEOPLE WHO CREATED DAU

We are starting a series of publications in which we will talk about the co-directors of the project.

The Director's work, in this case a "developing" of the film plots from the 700 hours of footage, largely took place at the stage of editing, co-authored by Ilya Khrzhanovskiy with several colleagues. One of the co-authors was Jekaterina Oertel who has seven films to her credit: “DAU. Natasha“, “DAU. Nora Mother“, “DAU. Katya Tanya“, “DAU. Nikita Tanya“, “DAU. Three Days“, “DAU. Nora Son“, “DAU. Sasha Valera“ and the series “DAU. Nora” and “DAU. Menu”.

Oertel initially joined the DAU project as a head make-up artist. Recalling her first phone conversation with Ilya, to whom she was recommended by DAU’s DOP Jurgen Jurges, she says that Ilya had offered her to compete with another make-up artist from France. “I was offended and thought: “Why should I prove to someone that I can do my job?! Look at any of my works and see for yourself!”

However, curiosity defeated pride, and she had agreed. The competition task was to do make-up for Radmila Schegoleva, the actress playing the role of Nora. “Rada flew to Berlin, where we met. Further in time I can say that during the filming process I always did her and Dau’s make-up myself.”

Jekaterina’s work was outstanding, and the French competitor quickly disappeared from the horizon. In 2008, Oertel became the make-up artist for DAU and headed the make-up Department for the entire shooting period. In parallel, Jekaterina also played the role of the wife of the Director of the Institute Krupitsa.

But when the shooting process was over the most interesting part began.
..to be continued.

21/06/2020

ДОРОГА К БОГУ

«Смотрите все, пожалуйста, наверх, на самый верх, где окна горят. Это кабинет директора нашего Института. Смотрите, какая интересная лестница, ведущая к кабинету. Мы называем ее «дорога к богу». Конечно, никакого бога нет, но название прижилось», – объясняет ученый секретарь Зоя, встречая группу школьников-пионеров, пришедших спеть песню про верность науке немощному Дау (сцена из фильма «ДАУ. Дегенерация»).

Неудобная, с разными по длине и ширине скользкими ступенями, эта лестница будто специально задумывалась с единственной целью – сокрушить волю посетителя главного кабинета. Начинаясь торжественно и с размахом, после первого пролета она резко вздымалась вверх, сужалась, сдавливая своими мраморными плитами идущего по ней человека, все внимание которого на этом этапе и так сводилось к тому, чтобы не грохнуться вниз, гротескно и комично. С каким бы энтузиазмом ни начинал он свое восхождение, к моменту прибытия к тяжелым директорским дверям дыхание сбивалось, а физический дискомфорт не оставлял и следа от потенциально дерзких замыслов.

Парадные лестницы в тоталитарных обществах – особый жанр. Они строились, чтобы одновременно впечатлять и подавлять. Они становились, скорее, препятствием, нежели связующим звеном. И в Институте, как в уменьшенной модели такого общества, «дорога к богу» строго соответствовала принципу «все имперское – неудобное». Тоталитарные боги не строят для людей.

___________________

THE ROAD TO GOD

An excerpt from the film DAU. Degeneration:

“Please look up, all of you, look to the very top, where the windows are lit. That's the Director of the Institute's office. Look at the interesting staircase that leads to the office. We call it ‘the road to God’. There is no God, of course, but the name stuck”, explains Zoya, the scientific secretary, when she meets a group of young pioneers who have prepared a song to sing to an ailing Dau about loyalty to science.

Awkward and slippery, with each step different from the next in both length and width, this staircase seems to have been purposefully designed for the sole purpose of crushing the will of anyone visiting the main office. Starting solemnly and with a flourish, after the first flight it rises sharply up, then narrows, squeezing its marble slabs in on the person climbing it. At this stage, the climber's entire attention has been reduced trying not to take a grotesque and comic tumble. No matter how enthusiastically an ascent begins, as the heavy doors of the Director's office are reached the climber's breath is short, and the physical discomfort removes any trace of potentially impudent intentions.

Grand staircases in totalitarian societies are a special genre. They were built to both impress and depress at the same time. They are an obstacle rather than a link. In the Institute, as a microcosm of such a society, the 'Road to God' strictly corresponds to the principle 'everything Imperial is inconvenient'. Totalitarian gods do not build for people.

16/06/2020

«ДАУ. ТЕОРИЯ СТРУН», ИЛИ МНОЖЕСТВЕННЫЕ МИРЫ ТОВАРИЩА НЕКРАСОВА

Ученый Никита Некрасов занимается теорией струн. Он размышляет об этом направлении теоретической физики то как о поэзии, то как о чем-то совершенно неоспоримом – хотя его уверенность в существовании параллельных миров разделяют далеко не все. Во время одной из таких дискуссий Дау иронично замечает: «Мне очень нравится твоя позиция по поводу теории струн. В том смысле что коллеги, с которыми я общаюсь, говорят, что эта теория маловероятна, но точно оправдывает себя из-за красоты».

Личная жизнь Никиты также представляет собой мультивселенную. Он не просто ухаживает, а имеет серьезные, как ему кажется, отношения с библиотекаршей Катей, ученым секретарем Зоей и начальником отдела «А» Светланой. С каждой из девушек он ведет «разъяснительные» беседы, пытаясь прежде всего умом постичь природу своей страсти.

Первостепенность познания для него непререкаема: «В отличие от моей привязанности к женщинам, привязанность к теории струн – самая долгоиграющая в моей жизни», – уточняет ученый. Блистательному уму – товарищу Некрасову – тесно и в пространстве классической науки, и в системе общепринятых отношенческих моделей.

Фильм «ДАУ. Теория струн» уже доступен к просмотру на сайте www.dau.com

___________________

DAU. STRING THEORY OR THE MULTIPLE WORLDS OF COMRADE NEKRASOV

Nikita Nekrasov, a scientist, is preoccupied with string theory. He reflects on this branch of theoretical physics as either poetry or as something completely unquestionable, but this belief in the coexistence of parallel worlds is not shared by everyone. During one of these discussions Dau remarks ironically, "I like the view you take on string theory, in the sense that my colleagues say it’s very unlikely, but it’s worth it because of the beauty".

Nikita's personal life is also a multiverse. He sincerely believes that he’s simultaneously in serious relationships with Katya, the librarian, Zoya, the scientific secretary, and Svetlana the head of the “A” Department. With each of the women, he conducts lengthy "explanatory" conversations, trying primarily to use his mind to understand the nature of his passion.

The primacy of knowledge for him is unquestionable. "I have to say that unlike my attachments to women my attachment to string theory is the most lasting in my life," he states. Comrade Nekrasov, a brilliant mind, is cramped both within the space of classical science and within the system of generally accepted relationship models.

The film "DAU. String theory" is already available for viewing at www.dau.com

31/05/2020

«Если ты хочешь, чтобы получилось что-то настоящее, ты просто делаешь это по-настоящему», – говорит Екатерина Юспина, исполнительница одной из главных ролей в фильме «ДАУ. Катя Таня».

На Colta вышло свежее интервью с Катей, которая на проекте работала заведующей библиотекой, – об отношениях с Дау, Первом отделе и диалоге с собой.

Если вы все еще не смотрели фильм «ДАУ. Катя Таня», то можете сделать это прямо сейчас – на сайте www.dau.com

Исполнительница роли Кати в проекте «Дау» — о том, как пришла в проект, почему ушла из него и что испытала в Институте

29/05/2020

ГЕНИЙ – ВСЕГДА ИНОСТРАНЕЦ

«Я с самого начала знал, что исполнитель роли Дау должен быть человеком, живущим вне христианской морали, – рассказывает Илья Хржановский. – Когда появился Теодор, все встало на свои места. Греки – народ, тысячи лет назад имевший отношения с богами. Античные герои – существа высочайшей морали. При этом живут они совсем по другим законам».

По словам Хржановского, гений – всегда иностранец. Он – иной, чужой по отношению к окружающим.

На правах гения Дау может все. Он на равных ведет беседы с директором Института, живет в роскошной квартире с женой Норой, а его любвеобильность имеет поистине античные масштабы. Из небольшой ремарки в фильме «Империя. Возвращение блудного сына» мы узнаем, что Дау побывал в заключении. Но в целом у него есть иммунитет и к главному вирусу тоталитарной системы – доносам.

Формально создателем затерянного во времени и пространстве мира Института является Крупица, директор, но Дау без сомнений его активный и действующий демиург. «Я теоретик, и больше люблю рассуждать, чем действовать», – декларирует он. И действительно, мы практически не видим его за работой, как будто само присутствие Дау в кадре – уже акт творения. В то же время его дурачество, неумелая игра в «молекулярные» городки под чтение полупристойных антисоветских стишков (все в том же фильме «Империя») превращаются в магический акт по разрушению режима.

Дау – пророк счастья и свободы. Он единственный, кто в нескольких фильмах носит ярко-красный бушлат, а не серую советскую одежду. «Жажда свободы – суть творческой силы. Когда мы сталкиваемся лицом к лицу с историей, эти силы пробуждаются и дают совершенно новый результат», – соглашается со своим персонажем Теодор Курентзис.

___________________

A GENIUS IS ALWAYS A FOREIGNER

“I knew from the very beginning that the actor for the Dau character should be a person who lives outside of Christian morality,” says Ilya Hrzhanovsky. – “When Theodore appeared on set, everything fell into place. The Greeks are a nation who has had close relations with gods for thousands of years. Ancient heroes were the creatures of highest morality. At the same time, they lived by laws entirely different from ours.”

According to Hrzhanovsky, a genius is always a foreigner. He’s always an alien, a stranger to others.

As a genius, Dau can do anything. He leads conversations on equal with the Director of the Institute, he lives in a luxury apartment with his wife Nora, and his extramarital love affairs go on a truly antique scale. From a small remark in ‘Empire. The Return of the Prodigal Son’ we learn that Dau has been to prison. But in general, he is immune even to the main virus of the totalitarian system – denunciations.

Formally, it is Krupitsa, the Director who has created this lost in time and space world of the Institute. But without doubt Dau is its active and reigning demiurge. ‘I am a theorist, and I like to reason more than to act,’ he declares. And indeed, we almost do not see him at work, as if the very presence of Dau in the film frame is already an act of creation. But then again, his foolish behavior during his awkward tries at a ‘molecular’ rounders game with recitation of semi-decent anti-Soviet poems (in the same ‘Empire’ film) turn into a magical act of destruction of the regime.

Dau is a prophet of happiness and freedom. He is the only character who in several films wears a bright red pea jacket, rather than grey Soviet clothing. “The thirst for freedom is the essence of creative power. When we come face to face with history, these forces awaken and bring us to a completely new result,” Theodor Curentzis agrees with his character.

25/05/2020

«А ТЫ СМОГ БЫ УБИТЬ ЧЕЛОВЕКА?» | ПРЕМЬЕРА ФИЛЬМА «ДАУ. НОВЫЙ ЧЕЛОВЕК»

«А ты смог бы убить человека?» – спрашивает буфетчица Вика.

«Что за вопрос! – негодует комсомолец Максим. – Как это – не смочь убить человека?! Нужно спрашивать, ради чего ты смог бы убить, при каких условиях».

1968 год. Команда ученых приступает к, пожалуй, самым амбициозным опытам за всю историю Института. Их цель – создать сверхчеловека, а методология включает оккультные науки, нейрофизиологию, магию и гипноз. Для проведения опытов приглашают группу молодых комсомольцев спортивного телосложения и твердых идеологических устоев.

Пока ученые тестируют спортсменов на выносливость, только что занявший пост директора Института бывший следователь МГБ/КГБ Владимир Ажиппо ставит перед лидером группы Максимом совершенно иные задачи. Выясняется, что эти задачи и есть истинный смысл пребывания молодых людей в учреждении.

Одновременно у Максима и буфетчицы Вики завязываются отношения. Вика видит и любит в Максиме вечного мальчика, ее притягивает его игровое «детское» начало. Максим и сам гордится своей ребяческой увлеченностью возвышенными идеалами, не подозревая, что у этого качества есть и обратная сторона. Рецепты того, как применить свойства вечного ребенка на практике, хорошо известны сотрудникам спецслужб, пристально наблюдающих за развитием отношений героев.

«Интересно видеть, как твой фильм начинает жить автономно на территории зрительского восприятия, – говорит сорежиссер «Нового человека» Илья Пермяков. – У тебя больше нет монополии на смыслы. Эти смыслы переходят в другую плоскость и начинают резонировать с теми событиями, которые происходят в мире прямо сейчас».

___________________

“WOULD YOU KILL A MAN?“ | DAU. NEW MAN PREMIERE

“Would you kill a man?” – asks Vika the barmaid.

“What kind of question is that! – a passionate Komsomolets Maxim is outraged. – What do you mean by ‘being unable to kill a man?!’ You’ve got to ask what would you kill for, under which circumstances”.

It's 1968. A team of scientists is embarking on perhaps the most ambitious experiments in the history of the Institute. Their goal is to create a superhuman being, and their methodology includes occult science, neurophysiology, magic, and hypnosis. To conduct experiments, a group of young Komsomol members of athletic physique and firm ideological foundations are invited.

While the scientists are testing the athletes for endurance, former MGB/KGB investigator Vladimir Azhippo, a recently appointed Director of the Institute, sets completely different tasks for the group's leader Maxim. It turns out that these tasks are the true meaning of young people's presence in the institution.

At the same time, Maxim and Vika start a relationship. Vika sees and loves the eternal little boy in Maxim, she is attracted to his playful ‘childish’ essence. Maxim himself is proud of his childlike passion for lofty ideals, not suspecting that this quality has a downside. The recipes for how to apply the properties of the eternal child in practice are well known to employees of the secret services, who closely monitor the development of the characters' relationships.

“It is interesting to see how your film begins to live a life of its own in the field of the audience's perception,” – says Ilya Permyakov, co-Director of “New Man”. – “You no longer have a monopoly on meanings. These meanings go on a different plane and begin to resonate with the events that are happening in the world right now”.