12/19/2022
Весной 1836 года Александр Пушкин писал своей жене: "Мне очень хочется привезти Брюллова в Петербург. А он настоящий художник, добрый малой, и готов на всё. В Москве же Перовский его было заполонил; перевез к себе, запер под ключ и заставил работать. Брюллов насилу от него удрал".
Еще в 1831 году большой ценитель искусства граф Алексей Перовский отправился с сестрой и племянником в путешествие по Италии. В Риме они встретились с художником Карлом Брюлловым, и Перовский договорился, что тот непременно напишет портреты его родственников. Когда спустя четыре года Брюллов оказался в Москве, Перовский напомнил художнику о его обещании, посулив щедрое вознаграждение. Однако Карл Брюллов славился своим капризным нравом, непостоянством, способностью быстро охладевать к теме картины. Поэтому Перовский перевез его из гостиницы в московский дом своей матери на Новой Басманной, поставив условие, чтобы до окончания портретов художник неотлучно находился в доме и не брал заказов со стороны. Брюллов первым делом нарисовал юного Алексея Толстого в охотничьем костюме и в сопровождении собаки. Затем Карл Павлович приступил к портрету самого Перовского, но вскоре охладел к работе, стал исчезать из дому. Перовский, узнав о постоянных отлучка Брюллова, попытался «по-отечески» ему попенять. Это стало так раздражать живописца, что он кое-как закончил портрет и бежал из дома, не взяв своих чемоданов и так и не начав портрета Анны Перовской-Толстой.
Об этом Пушкин и писал в письме жене: «Был я у Перовского, который показывал мне недоконченные картины Брюллова. Брюллов, бывший у него в плену, от него убежал и с ним поссорился. Перовский мне показывал Взятие Рима Гензериком (которое стоит Последнего дня Помпеи), приговаривая: «Заметь, как прекрасно подлец этот нарисовал этого всадника, мошенник этакой. Как он умел, эта свинья, выразить свою канальскую, гениальную мысль, мерзавец он, бестия. Как нарисовал он эту группу, пьяница он…». Описание этой сцены Пушкин заканчивает так: «Умора!».
#МосковскиеЗаписки
