27/07/2020
Ровно год назад в это самое время я собиралась на митинг.
Скроллила ленту, где периодически мелькали сообщения из чатов: «К Пушке подвезли военную технику», «несколько часов до митинга, а ментов тут уже больше, чем во всей Москве». С каждым часом напряжение нарастало, потому что никто не знал, сколько выйдет человек против свезенных из регионов батальонов людей в форме с дубинками.
Я думала, что буду вести шествие, когда придется, и представляла себя храброй предводительницей толпы. Тогда я еще не знала, что в этот день людей, которые направляли потоки разделяющегося шествия, изобьют, задержат, а потом посадят в СИЗО.
Я думала, что буду оттаскивать людей и не дам никого задержать, встану в сцепку и мы, полные ярости и огня в сердцах, не дадим силовикам разогнать это массовое шествие за свободу и право выбора. Конечно же, и о том, что мои друзья и совершенно не знакомые мне люди попадут на многие месяцы в СИЗО и на годы — в колонии за то, что пытались защитить мирных граждан, я тоже еще не знала.
Год назад полицейские спровоцировали «инцидент на Рождественке», после которого началось Московское дело.
Год назад мусора разбили голову невинной девушке и избивали лежачих.
Год назад они загнали людей в Брюсов переулок, из которого перестали доноситься лозунги и любая проходящая рядом слышала только звук, с которым дубинка ударяет человеческое тело.
Год назад слуги народа, призванные защищать порядок, зажали в кольцо на Трубной тех, кто пришли мирно выразить свое несогласие. Они не давали никому уйти, но два часа из рупора звучало: «Уважаемые граждане, ваша акция не согласована с органами исполнительной власти, просьба разойтись». Они, снующие меж толпы в своем полном боевом обмундировании вчетвером, выхватывали случайных людей, крутили их и уводили в автозак, и ты даже не могла представить, кто будет следующим. Это были два часа ментовского террора.
Это был день, с которого началось торжество несправедливости.
Я его не забуду и никогда не прощу.
©Хуже все ближе.